Скажите, руку положа на сердце:
Кому б из нас хватило сил,
Своим ребенком с миром поделиться,
Грехи людей чтоб в муках искупил?
О, Бог великий, Бог мой милосердный,
Прими за жертву славу и хвалу,
Я не хочу теперь жить жизнью прежней,
Хоть и живу пока еще в миру.
Да, я не пью вина, не сквернословлю,
Не лгу, не убиваю, не колюсь,
Не знаю алчности, и зависть не питаю,
Но оказаться не в раю - боюсь.
Откуда эти страхи и сомненья?
Пытаюсь я найти на них ответ...
Быть может от того, что нет служенья?
Иль дерзновения в молитвах нет?
Другого я общения желаю:
Хочу я Бога всей душой любить,
Хочу я в радости, и что важней - в печали,
Открыто, искренне Его благодарить.
Благодарить за счастье, за невзгоды,
Благодарить за радость и за слезы,
За испытания Его благодарить,
За то, что помогает Он мне просто жить,
Ростить детей, трудиться и любить.
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Призыв к матерям - Лариса Зуйкова
Справка: По состоянию на 20 января 2006 года в Латвии 500 тыс. молодёжи и подростков сидят в интернете на сайте draugiem. lv и 350 тыс. в one.lv и ежедневно прибавляется по 1 тысячи.
Поэзия : 1) "Красавица и Чудовище" 2002г. - Сергей Дегтярь Это первое признание в любви по поводу праздника 8 марта Ирине Григорьевой. Я её не знал, но влюбился в её образ. Я считал себя самым серым человеком, не стоящим даже мечтать о прекрасной красивой девушке, но, я постепенно набирался смелости. Будучи очень закомплексованным человеком, я считал, что не стою никакого внимания с её стороны. Кто я такой? Я считал себя ничего не значащим в жизни. Если у пятидесятников было серьёзное благоговейное отношение к вере в Бога, то у харизматов, к которым я примкнул, было лишь высокомерие и гордость в связи с занимаемым положением в Боге, так что они даже, казалось, кичились и выставлялись перед людьми показыванием своего высокомерия. Я чувствовал себя среди них, как изгой, как недоделанный. Они, казалось все были святыми в отличие от меня. Я же всегда был в трепете перед святым Богом и мне было чуждо видеть в церкви крутых без комплексов греховности людей. Ирина Григорьева хотя и была харизматичной, но скромность её была всем очевидна. Она не была похожа на других. Но, видимо, я ошибался и закрывал на это глаза. Я боялся подойти к красивой и умной девушке, поэтому я общался с ней только на бумаге. Так родилось моё первое признание в любви Ирине. Я надеялся, что обращу её внимание на себя, но, как показала в дальнейшем жизнь - я напрасно строил несбыточные надежды. Это была моя платоническая любовь.
